russia_xx (russia_xx) wrote,
russia_xx
russia_xx

Categories:

Презентация книги "История России. ХХ век" на семинаре Российского общественно-политического центра

Вот текст выступлений на презентации, опубликованный на сайте РОПЦ:

Политическая история и "историческая политика": к вопросу о фальсификациях и правде


– почему национальная история стала ныне (и стала ли) первостепенной государ-ственной проблемой?
– нужна ли нам историческая правда и возможна ли она в принципе в послесовет-ском государстве?
– на каких камнях национальной истории претыкается политика РФ? Убрать камни или изменить политику? –

эти и смежные вопросы стали предметом обсуждения экспертов. Семинар открылся представлением новой книги «ИСТОРИЯ РОССИИ. ХХ ВЕК» (В 2-х тт. М.: АСТ-Астрель, 2009; подробнее об этой книге см. http://russia-xx.livejournal.com ). С докладом выступил ее ответственный редактор А.Б.Зубов (МГИМО (У) МИД РФ). С дополнительным сообщением о результатах исследования "Восприятие населением и молодежью новых независимых государств истории советского и постсоветского периодов", осуществленного в рамках проекта "Евразийский монитор" (при поддержке Фонда подготовки кадрового резерва "Государственный клуб"), выступил И.В.Задорин (группа ЦИРКОН). Сообщение И.В.Задорина сопровождалось презентацией (rar, 5.3 Mb), без обращения к которой использование отчета о семинаре будет крайне затруднено

NB! Публикуемый отчет представляет собой сжатое изложение основных выступлений, прозвучавших в ходе семинара. Опущены повторы, длинноты, уклонения от темы, чрезмерно экспрессивная лексика. Отчет не является аутентичной стенограммой, но большинство прозвучавших тезисов, гипотез и оценок нашло в нем отражение.

А.Зубов: Я очень взволнован, делая первую презентацию нашей книги на именно семинаре "Полития", основателями которого были покойный Алексей Михайлович Салмин, Леон Леонович Тайван, Юрий Сергеевич Пивоваров и ваш покорный слуга. Круг замкнулся; трое из основателей семинара приняли участие в создании этой книги. В некотором смысле она является продолжением той деятельности работы в области сравнительной и ретроспективной политологии, с которой, собственно, и начинался семинар "Полития".
Почему возникла потребность в этой книге? Дело в том, что систематического изложения истории России в XX веке, как это ни странно, не существует Нет истории российского общества, которое вообще-то гораздо шире страны в территориальном плане. В 1917 году Россия начала делиться на Россию эмиграции и Россию внутреннюю. Русское общество в Прибалтике, Польше, Бессарабии, никуда не эмигрируя, осталось за пределами коммунистического режима. История России – не история коммунистического режима, вот один из важнейших наших постулатов.
Да и в самой державе народ не был продолжением режима. Да, часть народа приняла режим, но другая часть сопротивлялась ему. Вот об этой части ничего не говорилось. В лучшем случае писали о нескольких диссидентах, а о духовном, нравственном, религиозном сопротивлении 1920-1930-х годов не говорилось ничего.
Чтобы узнать о происходившем в XVII-XIX веках, люди обращаются к книгам Соловьева, Ключевского, Платонова, Корнилова… XX век остается tabula rasa. Подробной истории XX века нет. Это приводит к невероятному числу исторических спекуляций. Реальная фальсификация истории происходит ежедневно – и в средствах массовой информации, и на уроках истории, – именно из-за отсутствия объективного собрания исторических данных.
Традиционным центром изложения истории России со времен Карамзина была ценность государства. Затем акцент начал смещаться. Соловьев больше говорил об обществе и народе. Однако человек как ценность никогда не являлся объектом истории России – в отличие от античной или англо-саксонской истории. Эта книга – попытка рассмотреть историю через судьбу человека (и общества как совокупности людей). Государство рассматривается в ней как вторичность, как – часто – страшная помеха благополучному существованию общества. Коммунистический режим был великим ярмом для российского общества. В то же время не имевшая государства русская эмиграция обрела неслыханную свободу, которая породила потрясающую культуру русского зарубежья.
Еще один важный момент заключается в том, что в нашем обществе мы должны говорить не только о русском народе, а о совокупности народов, религиозных групп, огромном многокультурном сообществе, которое объединено общими ценностями. Это не значит, что народы обречены жить вместе; но у них есть единое основание. Это не история русских или православных. Это история всех народов России. Есть очерки о национальных движениях, в том числе антирусских. В книге нет тех имперских амбиций, которые, собственно, и привели империю к катастрофе.
Ключевое слово, которым соединяется вся канва книги, – солидарность; солидарность между людьми. Когда она есть, общество процветает, ее утрата приводит к тому, что общество чахнет.
В книге уделено внимание Церкви, искусству, литературе, культуре, охране природы, охране исторического наследия. Все эти моменты даются нами как различные аспекты существования общества.
Книга открывается главой о том, как шла Россия к XX веку, – от складывания славянской общности до Александра III. Без этого очерка многие вопросы остались бы непонятными. Сквозная проблема – отсутствие солидарности между высшими и низшими слоями населения, крепостное право, которое привело к иссушению русского общества, к потрясениям революций начала XX века, к утверждению большевизма – и второму крепостному праву, большевистскому.
Книга не является сборником статей. Хотя она написана 40 авторами, живущими в разных странах мира (многие из них – эмигранты в 3-4 поколении), это целостный текст. Задачей книги было заполнить лакуну, образовавшуюся в последние 20 лет. За это время было написано огромное количество прекрасных специальных исследований. А вот учебники истории пишутся по старым советским клише, в них те же темы и названия. Получается, что накоплен огромный потенциал, который не перевоплощен в общедоступные книги. Такую книгу мы и попытались создать.
С.Каспэ: Андрей Борисович, поделитесь, пожалуйста, Вашим мнением по вопросам, вынесенным в расшифровку темы нашего семинара.
А.Зубов: Да. "Почему национальная история стала ныне первостепенной государственной проблемой?". Потому что это действительно очень серьезная и именно государственная проблема. Перед правдой истории российский XX век предстает как тяжкая и во многом позорная страница. Главная беда заключается в том, что наше нынешнее государство считает себя формальным продолжателем Советского Союза. Одни хотят защитить свое право продолжать дело СССР. Другие же считают, что крах СССР стал освобождением России. Не стихает дискуссия о том, чем был СССР – Россией, Анти-Россией или режимом, навязанным России. После ухода первой эйфории от свободы наступает время молодежи, которая должна вынести вердикт, в какой стране она хочет жить, – в продолжающемся СССР или в возрожденной России.
Приведу один пример. 17 сентября 1939 года СССР начал войну против Польши, оккупировав восточную часть этой страны. Кто отвечает за это – большевистский режим или Россия? Премьер-министр Путин в своей статье в "Газете Выборчей" периодически путает понятия "Россия" и "СССР". Но ведь очевидно, что режим, который гноил Россию, не есть Россия. Это – режим, который приняла Россия. Это – режим, который действовал в своих собственных целях, используя Россию как средство. Кто несет ответственность за преступления режима – общество или режим? Казалось бы, ясно, что режим. Но до тех пор, пока Россия выступает как юридический преемник СССР, властям приходится оправдываться и юлить.
Германский народ в 1960-е годы прошел общенациональную дискуссию о нацизме. Теперь у них открывается второй тур этой дискуссии, причем очень болезненный, а у нас только-только начинается первый этап Без дискуссии в Германии не было бы ее мирного объединения. А у нас без дискуссии не будет будущего России.
Нужна ли нам историческая правда, возможна ли она в принципе? Наша книга начинается с того, Россия возродится только путем открытия правды о себе.
Я призываю всех критиковать книгу, ругать ее, вносить свои предложения. Но без правды мы не двинемся никуда. Пока мы не возненавидим советское прошлое, пока не порвем эту связь и не восстановим правопреемство с прошлым докоммунистическим, будущего у России не будет.
И.Задорин: Как говорят многие специалисты, история существует в трех ипостасях: как набор фактов и событий, как их интерпретация, то есть идеология, и как то, что присутствует в массовом сознании. Наше исследование было посвящено только третьей ипостаси.
Исследование проводилось в апреле-мае 2009 г. и охватило 14 стран бывшего СССР (кроме Туркмении). Мы хотели сравнить восприятие истории в разных государствах постсоветского пространства, посмотреть, насколько мы уже разошлись в понимании общего исторического прошлого.
Для начала мы выясняли, насколько исторические вопросы вообще интересуют население. Ответ на этот вопрос показал, что интерес к истории можно признать социальной нормой; по крайней мере люди считают обязательным декларировать свой интерес к истории.
Существует гипотеза, что взгляды молодежи на историю кардинально отличаются от взглядов населения в целом. Однако наше исследование показало, что эта гипотеза ничем не подтверждается. Историческое сознание очень хорошо воспроизводится в молодом поколении (за одним исключением, о чем чуть позже).
Хорошо известно (и коллега Зубов об этом упоминал), что наша история не есть история народа, это история героев и некоторых крупных событий, в которых собственно народ не особенно заметен как субъект. Это факт, с которым приходится считаться. Поэтому, измеряя массовое сознание, мы оперировали элементарными клише – изучали отношение людей к определенным событиям и определенному набору ключевых персон.
Так, мы отобрали 11 личностей и стали выяснять отношение к ним. Единственным персонажем, не вызвавшим никаких отрицательных эмоций ни в одной стране, стал Юрий Гагарин. Только в его отношении существует консенсус на всем постсоветском пространстве; по всем остальным личностям общественное мнение поляризовано.
Замечу, разброс мнений существует как внутри каждой страны, так и между группами стран. Например, дифференциация по Владимиру Ленину. 4 республики Средней Азии оценивают его деятельность позитивно. Еще 4 страны негативно относятся к Владимиру Ленину – Эстония, Латвия, Литва и Грузия (отмечу, что и в других исследованиях "Евразийского монитора" Грузия по очень многим параметрам попадает в одну группу с республиками Прибалтики). Впрочем. в отличие от балтийских стран в Грузии отмечено негативное отношение ко всему, что так или иначе связано с Россией, в том числе, например, к Сахарову.
И третий тип стран – Россия, Украина, Белоруссия, Армения, Азербайджан, Молдова. Тут история является предметом ожесточенных дискуссий. Средние оценки почти по всем персонажам около нуля, то есть существует серьезная дифференциация мнений.
В России есть три только героя, которые оцениваются в целом позитивно. Вряд ли случайно, что все они не являются политиками: Жуков, Гагарин и Сахаров. Эти персонажи не имеют политических грехов. Все остальные, включая Николая II, оцениваются негативно.
Теперь об оценке некоторых событий. Так, нападение Германии на СССР единодушно оценивается отрицательно, равно как и репрессии 1937-1939 годов. Бесспорно позитивный факт – капитуляция Германии в 1945 году. В Средней Азии сохраняется позитивное отношение к программе построения коммунизма 1961 года и вообще почти ко всему советскому наследию. Все остальное – предмет дискуссий.
В России острые разногласия по вопросам о революции, коллективизации, индустриализации, правозащитном движении… Замечу, что почти по всем показателям оценки событий молодежью совпадают с оценками остального населения. Получается, что историческое сознание воспроизводится в семье, а не только в информационном поле. Единственной страной, где позиции молодежи и остального населения существенно различаются, оказалась Молдавия. Это можно объяснить тем обстоятельством, что треть мужского взрослого населения в стране отсутствует – и, так сказать, присмотреть за молодыми людьми некому…
По-разному в постсоветских республиках оценивают некоторые ключевые идеологемы. Например, победу большевиков жители Литвы, Латвии, Эстонии, Грузии считают результатом террора и насилия. В остальных странах доминирует советская интерпретация событий – это было народное восстание против эксплуататоров.
Мы попытались кластеризовать все страны в соответствии с их ответами. Есть страны, в которых доминирует советское восприятие истории. Это – четыре республики Средней Азии (по отдельным вопросам – и Белоруссия). Другой полюс – Прибалтика и Грузия. Россия, Украина, Армения, Азербайджан, Молдавия – страны, где налицо раскол, где история остается зоной конфликта.
С.Каспэ: Вопрос коллеге Зубову. Книга вышла из печати, появилась в продаже. Но как Вы проектируете ее дальнейшую судьбу? Как она будет проникать в школы, университеты?
А.Зубов: Мы попытались максимально распространить информацию о книге – просто чтобы о ней знали. Мы разослали информацию о ней во все учебные заведения России и ближнего зарубежья. Есть
страница в Живом журнале, посвященная этой книге . Несколько раз мне приходилось выступать на радио… Так что посмотрим, как отзовется общество. Пока могу сказать, что книга продается очень хорошо, издатели говорят, что для трудов сопоставимого объема – практически как бестселлер.
А.Медушевский: Вы говорите о правде и объективности, но мне кажется, что современная наука оперирует скорее понятием достоверности. Удалось ли вам достичь существенного продвижения – в плане введения новых источников, новой доказательной интерпретации?
А.Зубов: Безусловно, для нас императивом была полная историческая достоверность. Там, где она могла быть подтверждена архивными материалами, это делалось; где нет, использовались формулировки "бытовало мнение", "многие считали, что" и т.п. – это ведь тоже часть истории. Но вообще надо помнить, что эта книга – не научное исследование, а компендиум. В этом качестве аккумулирует множество новейших и часто действительно новаторских научных исследований. В наши задачи не входило делать новые открытия; мы просто стремились рассказать о том, что было.
О.Малинова: Я очень хорошо понимаю идею создания нового повествования о российской истории ХХ века. Задача актуальная, потому что мы действительно продолжаем пользоваться устоявшимся нарративом, который по многим основаниям нас не устраивает. Он изображает Россию как общество, обреченное на авторитаризм.
Прекрасный замысел – написать историю общества. Но в современном мире такой замысел автоматически связывается с задачей nation-building, строительства нации. Как Вы представляете себе то сообщество, солидарность с которым должна породить ваша книга?
А.Зубов: Многих из нас огорчает внутренний антагонизм внутри отдельных сообществ и целых стран. Нынешнее презрительное отношение к "черным", антисемитизм – это в огромной степени наследие прошлого. Нашей задачей было показать, что различные народы решали сходные проблемы. Например, есть вопрос об участии евреев в гражданской войне. Ведь подавляющее большинство евреев голосовало не за большевиков. Огромное число евреев отдавало детей в белые армии, хотя это и связывалось с огромными нравственными перегрузками. Эта книга, способствуя разрушению мифов, снимает многие фобии и тем самым способствует выстраиванию целостного солидарного сообщества, в которое войдут все те, кто захочет идентифицировать себя с Россией.
А.Музыкантский: Здесь присутствуют ваши соавторы. Можете их представить?
А.Зубов: С удовольствием. Профессор Витторио Страда из Венецианского университета, профессор Владимир Колосов, генеральный директор издательства "Посев" Борис Пушкарев, Юрий Цурганов – главный редактор журнала "Посев", доктор права Михаил Краснов. Есть многие люди, которые нам очень помогли. Профессор Варшавского университета Томаш Зарыцкий, вносивший замечания в рукопись Дмитрий Голенко. Регина Бахтеева переводила английские тексты. К сожалению, часть эмигрантов уже не владеет русским языком, например, граф Толстой-Милославский из Лондона.
Большую роль на начальной стадии написания книги сыграл Александр Исаевич Солженицын.
Ю.Рыжов: Я пришел в восторг от главы о 1939 годе. Но в самом конце книги меня смутила цитата из Ивана Ильина. Мне показалось, что это не лучшее резюме для этой замечательной книги.
А.Зубов: Я уверен, что к этой книге будет много замечаний. Я сам нашел уже множество недостатков, и в следующих изданиях мы будем их исправлять. Но все же книгу надо было сделать и выпустить – просто чтобы было не стыдно жить в этой стране.
К. фон Эггерт: Британский историк Джеффри Хоскинг в своей последней книге "Правители и жертвы" сказал, что россияне потеряли империю, но так и не нашли государство. Согласны ли Вы с этим? Когда вы говорите о чужеродности большевистского режима для России, не считаете ли Вы, что это слишком легкий выход для российского народа – спихнуть все на группу заговорщиков?
А.Зубов: Я не знаю, в какой форме будет складываться сообщество на нашем пространстве и в каких границах. Возможно, в форме государства, возможно, в иной. Мы просто хотели помочь обществу узнать себя.
Мы совершенно не стремимся возложить ответственность за беды ХХ века на каких-то заговорщиков! Важный факт – немцы во время первой мировой войны пытались создать движение коллаборационистов во всех странах Антанты, а эффективно это получилось только в России. Причина – наши собственные болезни, болезни нашего общества. Это наша страшная беда, что в результате XX век для страны оказался таким. При коммунистах аграрная реформа в Афганистане провалилась, потому что люди не хотели брать землю, считали ее ворованной. А у нас брали, потому что не считали ее ворованной. Все уходит корнями в XVII-XIX века; и мы не перекладываем ответственность на чужие плечи.
В.Дашин: В обществе дискутируется вопрос о покаянии, безоговорочном осуждении сталинизма. Высказывается мнение, что пока этого не происходит, то бесполезно мечтать о создании гражданского общества. Что Вы об этом думаете – и коллега Зубов, и коллега Задорин?
А.Зубов: У нас есть в книге раздел, посвященный сравнению трех режимов: нацистского, большевистского и фашистского. Они очень разные; но они едины в своем презрении к человеку. И это делает все три режима равно ужасными. Ничем большевизм не лучше нацизма; я согласен с революцией, недавно принятой ОБСЕ.
Покаяние в переводе с греческого означает "перемена ума". Если мы не изменим своего отношения к жестокости XX века, путь в будущее закроется перед нами.
И.Задорин: Я буду говорить исключительно как социолог. Будучи в конце 1990-х годов начальником отдела социологии в администрации президента, я написал записку по поводу планировавшегося решения о выносе тела Ленина из мавзолея. Я показал сугубо социологические данные, из которых было хорошо видно: пока общественных дискуссий по поводу тела не было, общественное мнение оставалось в целом нейтральным, но скорее склонялось к тому, что надо похоронить. Как только начиналась дискуссия в прессе, резко увеличивалась поляризация, общество раскалывалось.
Существуют объективно конфликтогенные вопросы. И вот давайте решать – нас общая социально-политическая ситуация позволяет начинать такие дискуссии? У нас что, других проблем нет? Если существуют риски серьезной конфронтации в обществе, я бы некоторые вопросы приглушил и оставил уделом внутриэлитных разборок.
Когда мы говорим, что надо отказаться от наследия Советского Союза, это означает, что миллионы людей которые работали в тех же "почтовых ящиках", должны отказаться от своей жизни. Они должны признать, что жили неправильно. Спокойных обывателей мы ставим в ситуацию конфронтации с теми, кто не признает СССР. Но будет ли такая конфронтация продуктивной?
На мой взгляд, более продуктивна позиция одного политического деятеля, который сказал, что мы являемся наследниками тысячелетней христианской Руси, 300-летнего дома Романовых, 70-летней истории Советского Союза – одновременно. Когда человек понимает, что он является и этим, и другим, и третьим, когда он не разделяет ипостаси, принадлежащие одному народу, это более продуктивно. 
 http://www.politeia.ru/seminar.php?2009-09-24
 
Tags: СМИ о книге, презентация
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 32 comments